Националисты такие националисты

В свежем программном опусе комитета Просвирнина-Стрелкова проскочило характерное (болд мой):

Мы решим проблему неконтролируемой миграции. Мы обеспечим введение визового режима, применение биометрических паспортов и залогов при въезде в Россию со странами Средней Азии и Закавказья, а также депортацию из страны нелегалов и криминальных элементов.

Мы упростим депортацию, расширим основания запрета на въезд, введём систему баллов, по которой квалифицированные и образованные мигранты будут иметь приоритет перед неквалифицированными и безграмотными.

Мы упростим въезд и работу в России для граждан США и ЕС, способствовав трудовой миграции из Европы и стран первого мира.

Они так старались сделать вид, что пекутся о национальной независимости - и про "право русской нации самостоятельно решать свою судьбу" писали, и обещали, что "используют всю мощь России для обеспечения прав и свобод русских за рубежом, а также защиты их интересов" и "денонсируют либо аннулируют все международные договоры, подрывающие экономический суверенитет России", и клялись, что "будут проводить в экономике политику избирательного, разумного протекционизма" - а в потом проговорились наконец о самом главном, причём сделали это в самом святом для всякого националиста месте - разделе о миграционной политике. И это "то, под чем готов (без принципиальных ремарок) подписаться каждый. От «Спутника и Погрома» до представителя партии «Коммунисты России»". Впрочем,  учредителями партии "Коммунисты России" выступило незабвенное КПЛО, а им и не такое доводилось подписывать.

Программа националистов не слишком изменилась с середины XX века, когда необходимость защиты от "жидобольшевизма" и "азиатских орд" непременно заканчивалась союзом с истинными арийцами. Так и тут - начинаем с борьбы против "чёрных", заканчиваем служением Белому Человеку. Он, правда, будет угнетать и грабить не только кавказцев и среднеазиатов, но и русских - однако получившего тёпленькое местечко в колониальной администрации националиста это не будет слишком уж печалить.

Трогательное стремление этой конторы привлечь американцев и европейцев становится особенно комичным, если вспомнить, что её лидер Стрелков не может рассчитывать в этом вопросе на взаимность - после общеизвестных событий он попал под санкции и в США или ЕС не попадёт при всём желании. Но это ничего, главное, что профессора и миллионеры от программы в восторге.

Сама же декларация - довольно банальная программа буржуазного национализма. Помимо непременных обещаний в духе "при нас русских людей перестанут обижать", там очень много типично либеральной болтологии - и про демократию и свободы, и про честный суд (кто же ещё учредит в России честный суд, если не Просвирнин?), и про прочие животворящие "институты". И самое главное -  "мы гарантируем неприкосновенность частной собственности". Дальше, правда, идут заклинания о том, что собственность должна быть приобретена законным путём, и обещания "вернуть гражданам России собственность, незаконно отчуждённую в ходе приватизации 90-ых". На первый взгляд логично - законно приобретённое оставить, добытое незаконно отнять - но на практике совершенно не реализуемо, и можно даже оставить за скобками тот факт, что приватизация 90-х была по большей части вполне законной, поскольку и сами законы принимались в интересах грабителей. Гораздо важнее то, что для всякого капиталиста незыблемость права частной собственности настолько важна, что он (если, конечно, не рассчитывает на личную прибыль) никогда не поддержит его нарушение - пусть даже отнимают не у него и явно ворованное, а он своё приобрёл по закону: слишком уж опасен для него пример отъёма собственности буржуа как таковой. Буржуазные реформаторы не зря изо всех сил старались расплодить мелких буржуйчиков и прочий средний класс - владея сущими крохами, они вместе с тем обладают стопроцентно буржуазным сознанием и буржуазным преклонением перед собственностью, стабилизируя тем самым капитализм и собственность крупных капиталистов. При этом они вполне могут ненавидеть последних и справедливо называть их ворами - но опорой их господства мелкие хозяйчики быть от этого не перестают.

Подобной публики в России немало - это как мелкие и средние буржуа, так и более многочисленные круги обывательской массы, во время кризиса СССР и хаоса 90-х обрётшие индивидуалистическое, мелкобуржуазное сознание, законсервированное при путинском нефтяном изобилии. Теперь изобилию конец, и это мещанство, чувствующее своё бессилие перед экономическим кризисом и назревающими в обществе потрясениями, вполне готово поверить, что его проблемы можно решить, гнобя среднеазиатов и кавказцев - во-первых потому, что этот слой самим ходом истории обречён на исчезновение и поэтому готов поверить в любую химеру, лишь бы не сталкиваться с неотвратимой реальностью; во-вторых потому, что привычная ему обстановка мелочной грызни всех против всех делает решение в форме грабежа и угнетения кого-либо (в данном случае - "нерусских") вполне естественным ответом на экономические проблемы.

О социальной политике в программе нет почти ничего, экономическое процветание обязано само собой наступить от внедрения правильных институтов и чудодейственной силы информационного общества. Подробности закономерно опущены - во времена крупного машинного производства мелкие лавочники и владельцы свечных заводиков и не могут предложить никакой конкретики, а верхом высоких технологий почитают интернет. Стрелков заявил, что "дополнительный раздел по социально-экономическим вопросам" не был включён в декларацию из-за сырости и будет опубликован после доработки. Ну понятно же - господа националисты сосредоточились для начала на самом главном, а второстепенные вопросы отложили на будущее...

Ни контора Стрелкова, за которой нет никакой серьёзной организации, ни раздробленные, нерешительные и склонные к политическим шатаниям мелкобуржуазные слои, на которые рассчитана её пропаганда, сами по себе не представляют опасности. Однако же именно неустойчивость мелкобуржуазной массы и её вера в идеалы капитализма делают её удобным объектом для манипуляций крупного капитала и чиновничества, которому для поддержания господства нужна массовка. И вполне вероятно, что контора Стрелкова возьмёт на себя роль организатора такой массовки.

Благодатная Швейцария

Про канадских "сирот Дюплесси" кое-что писали, а вот про похожую историю "детей по контракту" (Verdingkinder) в Швейцарии на русском нет почти ничего. Суть проста: сирот и других детей, находившихся на попечении государства, а также детей бедноты и родителей, не соответствовавших буржуазным представлениям о благопристойности (т.е. родивших детей вне брака или разведённых), которых забирали у родителей насильно, использовали в качестве дешёвой рабсилы, в основном на фермах. Никакого ограничения по возрасту не было, могли отдать и пятилетних, и двухлетних, по принципу "будут делать что смогут, подрастут - будут работать больше". Иногда в деревнях даже устраивали что-то вроде аукционов по раздаче таких детей, где требовалось показать, что на ферме нужны работники, а денег на их содержание ты из казны требовать не будешь.

В "приёмных семьях" к этим детям относились как к рабочей скотине, кормили впроголодь, не всегда давали учиться, постоянно избивали, иногда насиловали. Социальные службы на это никак не реагировали, а сама практика воспринималась как полезная в воспитании социальных низов. Началась эта благодать в середине XIX века, в середине XX-го всё ещё процветала и сошла на нет только в 60-70-х годах, и то по причинам сугубо прагматическим - из-за роста механизации сельского хозяйства. Официально лавочку прикрыли только в 1981-м году. Сколько через это прошло людей - неизвестно, говорят о сотнях тысяч, но подсчитать сложно, да и не все случаи в принципе были зарегистрированы; по неполным подсчётам, в 1930-м году "детей по контракту" было 35 000. Милые подробности этой практики периодически всплывали в печати, но почтеннейшая буржуазная публика предпочитала её не афишировать; сколько-нибудь подробное освещение темы началось только в последние годы, сегодня решили даже компенсацию заплатить.

Немного подробностей на английском:

"Families were deprived of custody if they didn't live according to a middle-class family model - unmarried mothers, or divorced people, or people who weren't able to keep their money together.

"The authorities took away a lot of children and placed them in agricultural environments where they had to work really hard."

Worse though was the way many children were treated. Often they were not accepted by the families they were placed with. They were not allowed to eat at the same table, were given very little food, and some were even forced to sleep in the cellar. Beatings were a daily event.

The exhibition "Verdingkinder Reden" or "Contract Children Speak", contains first-hand testimonies from former Verdingkinder, memories they have now shared with Ruedi Weidmann and his colleagues to draw attention to what happened.

In one room of the exhibition (on show in Zurich until April), the walls are painted with quotes from contract children:

"In winter they sewed my trouser pockets up (so I couldn't put my hands in them). They said, if you work, you'll stay warm" - Werner

"I wasn't allowed to talk. They talked about me, but never to me" - Clara

"I had to eat in a little windowless shed next to the stable. I was never allowed to eat in the kitchen at the table with them" - Johann

"I was so happy when I could go to school, because no one hit me there" - Alice

Other rooms show a variety of farm implements - rakes, wooden shoes, leather straps, cast iron pans. These, explains Mr Weidmann, were things the contract children mention regularly because they were used to hit them.

Other exhibits include small toys, and letters and postcards sent to the children by their real parents.

"These were nearly always taken away - presents for Christmas they were not allowed to have… to interrupt the contact with the real family," says Mr Weidmann 

 And some of it was moral, a way to discipline the lower classes.

He was taken to an old farmhouse and became the farmhand. He would wake before 06:00 and worked before and after school. His day finished after 22:00. This physically imposing man in his 70s looks vulnerable as he remembers the frequent violence from the foster father. "I would almost describe him as a tyrant... I was afraid of him. He had quite a temper and would hit me for the smallest thing," Gogniat says. 

Dealing with the poor in this way she says was social engineering. If a parent dared to object, they could face measures themselves. "They could be put in prison or an institution where you would be made to work, so you could always put pressure on the parents."

Mostly it was farms that children were sent to, but not always. Sarah (not her real name) had been in institutions from birth, but in 1972, at the age of nine, she was sent to a home in a village, where she was expected to clean the house. She did that before and after school, and at night cleaned offices in nearby villages for her foster mother. She was beaten regularly by the mother, she says, and from the age of 11 was sexually abused by the sons at night.

This is the first time she has spoken about her story and her hands shake as she remembers. "The worst thing is that one sister, their daughter, once caught one of those boys... while I was asleep and she told the woman... [who said] that it didn't matter, I was just a slag anyway," Sarah says. A teacher and the school doctor wrote to the authorities, to express concern about her, but nothing was done.

There was no official decision to end the use of contract children. Seglias says it just naturally started to die out in the 1960s and 70s. As farming became mechanised, the need for child labour vanished. But Switzerland was changing too. Women got the vote in 1971 and attitudes towards poverty and single mothers moved on.

Источники: BBC - раз, BBC - два, английская википедия (плюс гуглоперевод немецкой), "The Telegraph".  Есть пара материалов на русском: раз, два.

Успехи гондурасской демократии

2009 год: умеренно-левый президент Гондураса Селайя собирается провести рефендум об изменении конституции, которое позволило бы ему переизбраться на второй срок. Верховный суд объявляет эту затею незаконной и на этом основании обвиняет Селайю во всех смертных грехах и отдаёт секретный приказ о его аресте. Прикрываясь решениями суда, армия устраивает переворот, в итоге к власти приходит консервативный президент Лобо, которого сменяет другой консерватор Эрнандес. Тем временем в спасённой от коварных покушений Сейлайи на демократию стране убивали журналистов и политических активистов, убивали экологических активистов и борцов против захвата земель индейцев, а предвыборную кампанию Эрнандеса финансировали фирмы, погрязшие в коррупции, - о чём он, разумеется, был ни сном ни духом.

2015 год: тот самый Верховный суд отменил запрет на переизбрание президента на второй срок, и наконец на днях правящая консервативная Национальная партия предложила переизбрать Эрнандеса:

Honduras' governing party on Sunday proposed the sitting president as their candidate for 2017 elections, a decision likely to stir fresh debate over re-election, a contentious issue at the heart of a coup just six years ago.

Though President Juan Hernandez, of the conservative National Party, has not yet confirmed whether he will run again, and any decision would have to be ratified in a party vote, he has the backing of the party leadership and, as yet, no credible opponent.

Last April, the country's Supreme Court struck down a law that banned presidents from seeking a second term.

Помимо всего прочего, эта история крайне поучительна в свете постоянных криков о благости "независимого суда", стоящего на страже Закона. На практике же, как выясняется, суд защищает вполне конкретные интересы, и если закон этим интересам перестал удовлетворять - его отменят, даже если раньше его защитой мотивировался военный переворот.

Латынина в рясе

Кураев - персонаж весьма известный, витрина "православия с человеческим лицом", имеет репутацию интеллектуала и эрудита, так что небольшой пример его взаимоотношений с фактами будет полезен. Из свежего интервью:

...традиционное мышление не интересуется дитями. Возьмем «Сравнительные биографии» Плутарха и увидим, что, скажем, рассказ о Юлии Цезаре начинается не с того, где он вырос, с кем он игрался, а с того, что «Когда Сулла захватил власть, он не смог побудить Цезаря к разводу с Корнелией». Как будто он сразу таким завидным женихом вышел из утробы матери.

Откроем "Сравнительные жизнеописания" (издательство АН СССР, серия "Литературные памятники", т. 2, М., 1963), посмотрим примечания и узнаем, что начало жизнеописания Цезаря утрачено. Откроем соседнее жизнеописание Александра Македонского - и узнаем подробности о его детстве: что он отличался воздержанностью, что впечатлил своей мудростью персидских послов, а также подробности о его воспитании и образовании. При этом Кураев цитирует Плутарха достаточно точно, то есть он не просто оговорился во время интервью, а налажал с заранее подготовленной цитатой и сделал глобальные выводы, не разобравшись в деталях.

Ну вот, античная литература не испытывала интереса к детству своих персонажей. По этой причине и евангелисты тоже не обращали на это внимания, но говорили о том, что произошло дальше. Причем, что еще важно отметить, для таких эпических текстов характерен принцип, который можно назвать «принцип шахматных часов». То есть хронист – автор такого эпического традиционного повествования – не имеет абсолютной шкалы времени, как у нас сегодня, скажем, в Википедии для каждого года есть своя статья, что в этом году в какой стране происходило. <...>

Древние хронисты или былины говорят: «А пошел князь Игорь туда-то на половцев, а потом он пошел на греков». Вот сколько это «потом» длилось – полгода или двадцать лет прошло? Это неважно.

Тут прекрасно всё - и "хронист - автор эпического повествования", хотя вообще-то эпос и хроника - совершенно разные жанры, и смешивать их - всё равно что писать "композитор - режиссёр кинофильма"; и незнание того, что основная русская хроника времён князей и половцев - всем известная "Повесть временных лет" - даёт события в чёткой привязке к годам. Вот такое вот интеллектуальное светило.

Российский империализм и российская внешняя политика

В дискуссиях левых по поводу нынешнего украинско-российского кризиса постоянно упоминается российский империализм. Замайданцы призывают защищать от него Украину, нейтралы - не лезть в схватку империализмов, и даже антимайданцы частенько пишут что-то в духе "да, за действиями России стоит империализм, но...". Недавно осенило даже отпетых либералов: в феерической статье гражданин повествует о том, как наткнулся на советский учебник политэкономии, прочитал там описание имериализма и прозрел: оказывается, именно такой капитализм и строит в России Путин! При этом он якобы безнадёжно отстал от жизни, и на прогрессивном Западе капитализм уже давно изжил в себе империалистические пережитки и даровал всем блага цивилизации. Опуская обильный бред, сопровождающий рассуждения автора, остановимся на гораздо более интересном вопросе: существует ли в России империализм, и если да, то какова его роль в послемайданной активизации внешней политики страны и её действиях на Украине, а с недавних пор ещё и в Сирии.

Для начала - терминологическая ремарка: под империализмом в данном случае следует понимать не стадию развития капитализма как таковую, а политику агрессивной экспансии, для неё характерную. Экономической базой для такой политики служит экспансия капитала, который, исчерпав возможности для роста и обогащения внутри страны, рвётся за её пределы. Конкретные формы такой экспансии заключаются в приобретении источников сырья и рынков сбыта для промышленности метрополии, а также рынков для её капитала. Экспансия также непременно сопровождается открытым грабежом, но не всякий грабёж есть грабёж империалистический: например, странно было бы называть империалистом Чингисхана*. А вот если захваченные заводы, шахты или поля включены в деятельность монополий захватчика - это империализм.

Соответствующей деятельностью российский капитал действительно занимается. Сложные внешнеполитические игры, сопровождающие строительство российских газопроводов, и "газовые войны" с Украиной - это самая настоящая империалистическая борьба за рынки. Довольно часто крупный российский капитал стремится к экспансии в другие, прежде всего постсоветские страны, - вспомним наделавшую недавно много шума приватизацию им армянской энергетической компании или постоянные склоки с белорусской властью, вызванные российскими попытками захапать тамошние заводы. Но в целом доступ к мировому рынку капитала сильно ограничивает "национальный" его экспорт - проще воспользоваться мощнейшим аппаратом международного финасового капитала, поставившего на поток и отработавшего его движение в мировом масштабе, а также выстроившего для его обслуживания соответствующие политические механизмы. Потому не находящий применения на родине российский капитал обычно просто утекает на Запад** и в основном теряет свою национальную принадлежность, растворяясь в глобальном ранке. Ещё одна возможная цель экспансии - приобретение сырья - у российского империализма проявляется довольно слабо, поскольку экономика страны сырьё в основном не покупает, а продаёт. Но и тут бывают исключения, вплоть до добычи алюминия в Гвинее "Русалом".

Взглянем в этом свете на политику России на Украине. В присоединении Крыма ещё можно усмотреть (речь о мотивах российской верхушки, а не о стремлениях крымского населения) империалистический мотив: крымские курорты сулят российской буржуазии хорошие прибыли, положение полуострова удобно для строительства газопроводов в Европу, на нем и прилегающем черноморском шельфе есть запасы нефти и газа. Но дажё с учётом этих выгод неясно, окупает ли их приобретение соответствующие проблемы, вызванные противостоянием с Западом: дорогую гонку вооружений, потерю доступа к рынку капитала и прочие издержки западных санкций. Тот же вопрос можно задать и по поводу войны с Грузией ради Абхазии и Южной Осетии: известные прибыли они сулят, но не факт что окупают масштабный дипломатический кризис и военные расходы. Не проще ли было просто украсть эти деньги? И зачем вообще затевать громадную бучу ради курортных зон, если на уже имеющихся территориях дела с туризмом обстоят не лучшим образом, даже не самые богатые граждане едут отдыхать за границу, а российская буржуазия вовсе не желает вкладывать капиталы в исправление ситуации?

Но ещё труднее углядеть империалистический мотив в экспансии на Донбассе. Рассуждая абстрактно, экономические выгоды можно углядеть и здесь: захват заводов и шахт может обогатить российских капиталистов, хотя прибыли будут гораздо скромнее номинальной стоимости активов: многие заводы конкурируют с российскими на мировом рынке и могут быть полезны только в случае уничтожения; многие шахты дотационны и скорее всего будут закрыты, как уже было сделано раньше с их аналогами в России. Но даже в остатке мы найдём изрядное количество ценных активов, а миллионы жителей могут послужить рынком сбыта.

Но всё это - абстракции, совершенно не подтверждённые конкретными действиями. Где массовый захват заводов и шахт российскими олигархами? Где экспансия российских корпораций на рынки ЛНР и ДНР? Где вообще хоть какие-то действия, направленные на экономическое освоение Донбасса российской буржуазией, и почему её предполагаемая империалистическая экспансия не сопровождается какой бы то ни было осмысленной деятельностью по налаживанию разрушенной войной экономической жизни? Почему российские империалисты так настойчиво пытались спихнуть Донбасс в состав Украины, требуя взамен не защиты своих экономических интересов, а лишь её военного и политического нейтралитета? Какие экономические причины стоят за отправкой российских войск в Сирию? Почему, наконец, российский имериализм так слабо проявлял себя до 2014 года, а потом сразу перешёл к территориальной экспансии и войнам?

При конкретном рассмотрении ситуации признаков хоть сколько-нибудь систематической политики империализма в экономике не видно. Видно только то, что российская верхушка много раз вполне искренне заявляла: она честно пыталась встроиться в систему мирового капитализма, сохраняя лишь известную внутреннюю автономию, но система западного империализма эту автономию терпеть не хочет, явно желая сожрать Россию со всеми потрохами, получив полный контроль над активами нынешних хозяев жизни. Признаки этого с давних времён улавливались во всевозможных "цветных революциях", соответственно вызывавших у российской верхушки возмущение и страх. Свержение Януковича сняло все вопросы: придут и по их головы и карманы. А чтобы не пришли, надо сопротивляться, и это удобнее делать на чужой территории. В наличии имелись как инструменты - сдавая все и всяческие позиции во времена Горбачёва и Ельцина, ядерное оружие и изрядных размеров армию российская верхушка себе предусмотрительно оставила, - так и воля к действию - из грызни 90-х победителями вышли люди не робкого десятка.

И завертелось. Донбасс стал инструментом давления на Украину и демонстрацией того, что правила игры, предлагаемые западным капитализмом, российскую верхушку не устраивают. При этом она много раз открыто заявляла, что вполне готова сдать Донбасс, если получит гарантии украинского нейтралитета. Запад, толкаемый к агрессии экономическими проблемами и отвыкший за годы безраздельного своего могущества от всяких уступок, отказался - Путин начал выбивать новые козыри, показывая зубы в Сирии.

Как видим, со стороны российского капитализма активная внешняя политика является по большей части хоть и агрессивной, но оборонительной - он кусает союзников Запада, чтобы Запад не сожрал его самого; собственный же его империалистический интерес при проведении такой политики либо крайне слаб, либо вовсе отсутствует. Этот оборонительный характер политики, разумеется, вовсе не означает, что левые должны немедленно начать поддерживать все действия России - тем более, что её целью при этом ставится даже не столько самостоятельность, сколько сохранение её нынешнего статуса внутри международной системы капитализма; о разрушении последней речь и близко не идёт. Отношение левых должно основываться на анализе конкретных действий, их целей, справедливого или несправедливого характера, их взаимоотношений с текущими потребностями (поскольку речь идёт о событиях, затрагивающих общеморовую систему капитализма) прогресса человечества в целом. Но это уже другой, обширный и сложный вопрос.

* Кажется, Ленин где-то называл империалистическим абсолютно любой грабёж, но такое опредение представляется мне слишком общим, оторванным от исторической конкретики и поэтому неудачным. Впрочем, мы увидим вскоре, что ни на Украине, ни в Сирии никакими особенно масштабными грабежами Россия всё равно не отметилась.

** Я употребляю слова мировой или международный капитал и Запад взаимозаменяемо, поскольку международная система финансового капитала, в той или иной мере контролирующая экономики практически всех стран мира, использует государства и военные организации Запада в качестве основных политических инструментов; там же расположено и большинство её управляющих центров.

Кажется, французы нашли себе занятие на год-другой

Ну а что, экономика уже Бог знает сколько в безнадёжном болоте, народ недоволен, рейтинги политиков ниже плинтуса - и вдруг такое! Конечно, самое время сплотить нацию и отправиться на войну против Абсолютного Зла. Тут и военные расходы слегка оживят буржуев, и застоявшийся без дела народ взбодрится, и рейтинги взлетят аки на дрожжах. Может дойти даже до такой фантастики, как переизбрание Олланда.

О несколько менее банальном. Как и в истории с кризисом вокруг беженцев, можно углядеть в этом известное воздаяние: мол, сеяли хаос в других странах - получили ответный удар у себя дома, и пришёлся он, как это чаще всего бывает, по обычным людям. Но значимость этого фактора в целом мала: событие, ужасающее с бытовой точки зрения, в глобальном масштабе не будет выглядеть слишком значимым на фоне процессов, в которые втянуты десятки и сотни миллионов людей, и поэтому я не стал бы выдвигать элемент "мести Западу" на первое место.

Теракт, который, будь Запад силён, привёл бы лишь к неизмеримо более сильному ответному удару, как это не раз бывало раньше, теперь воспринимается как доказательство слабости, невозможности по-прежнему заставлять мир играть по своим правилам, начинающегося развала сложившейся системы мирового господства. При этом система по-прежнему жива и сохраняет известную мощь, поэтому естественная реакция на вызов и угрозу потери авторитета - пустить эту мощь в дело. Предчувствуя смерть, система идёт в последний бой - и на первых порах этот бой, несомненно, будет для неё успешен. Агрессивные войны получат оправдание и сколь угодно большое финансирование, мощь армий на первых порах обеспечит успехи. Во внутренней политике под предлогом "сплотимся против врага" правительство получит карт-бланш и использует его для проведения самых реакционных мер, предоставив крупному капиталу абсолтно всё, что он возжелает. Тем самым и без того сильнейшие внешние и внутренние противоречия обострятся до предела - а значит тем скорее придут к неизбежному краху. Чем больше страна увязнет в долгой, дорогой и кровавой войне и чем наглее будут буржуи дома, тем сильнее будет последующий взрыв.

Касается это не только Франции. Уже сейчас к ней могут присоединиться Англия, Италия или Испания - у них, правда, никого не убивали, но проблемы те же, а значит нельзя терять шанс заглушить их тем же способом. В дальнейшем же стоит ожидать распространения политики "закрутить гайки, чтобы удержать ускользающее господство" и на другие страны капиталистического центра.

Очередная ржака неолиберального экономикса

Вещает гигантесса либеральной мысли мадам Шульман:

7 июня (публикация от 25 октября): ...увеличение продолжительности жизни дает нам довольно большую страту пожилых людей. И в какой-то момент (в какой именно, демографы и социологи расходятся в своем анализе: кто говорит «в середине века», кто – пораньше) мы с вами выйдем на роковое соотношение один к одному. Один работающий на одного иждивенца.
Экономика не потянет такого дела. Наша пенсионная система должна будет быть реформирована. Либо нам с вами надо будет каким-то диким образом взращивать свою собственную производительность труда, а с этим у нас плохо – у нас низкая производительность труда. Наше население, если глядеть на него циничным взором потребителя, не очень качественное. Оно старое, болеет и плохо и мало работает. Опять же, нельзя сказать, что в этом виноват кто-то конкретный. Но по сравнению с другими странами производительность труда у нас низкая, а простои из-за болезни у нас высоки.

29 октября: В новом постиндустриальном мире, куда мы все потихоньку вползаем, главной гражданской добродетелью будет не производство, а потребление. Потребление стимулирует рост, потребление создает новые рабочие места, потребление привязывает человека к его социальной сетке и не дает ему сделаться преступником, экстремистом и террористом.

И это не ошибка данной конкретной мадам, а общее место всех неолиберальных мыслителей. С одной стороны, они беспрерывно жалуются, что ленивое быдло не хочет работать и мечтает жить на халяву, и поэтому требуют отменить пособия, упразднить бесплатные образование-медицину и повысить пенсионный возраст, тем самым вынудив народ работать больше. С другой стороны, вещают о том, что промышленность - это устаревшая забава из прошлого века, а нынче у нас постиндустриальное общество потребления, в котором главная добродетель - не производить, а потреблять.

Правда, в конкретных примерах у мадамы никаких проиворечий не возникнет: когда потребитель - пенсионер, это очень плохо, никакой добродетельности в его потреблении нет, отнять у него пенсию и пусть работать идёт. А вот когда потребляет политолог или ещё какой креакл - это высшая гражданская добродетель, и ей надо всецело способствовать. И всё же при осуществлении в мировом масштабе эта политика, кажущаяся буржуазным идеологам совершенно непротиворечивой, каким-то мистическим образом закончилась бесконечным кризисом.

Европейский мигрантский кризис

Любо-дорого посмотреть, как всполошились сытенькие самодовольные европейские мещане, когда тысячная часть пострадавших людей привезла к ним домой тысячную часть того ада, который Запад насаждал десятки лет. Разрушили экономику неолиберальными реформами? Скажите белым людям спасибо за насаждение самых лучших рыночных свобод. Подкинули дровишек в костёр гражданской войны? Скажите спасибо за избавление от тирана. Навезли дешёвых бесправных рабов? Ой, мы такие добрые, мы так помогаем этим бедняжкам, у них же дома экономические проблемы и гражданская война. И тут замечательная политика добычи денег из войн и хаоса начинает выходить из-под контроля, хаос переливается через границу и оказывается у дверей уютненьких обывательских домиков.

Готовьтесь, ребята, это ещё цветочки. Вы, кстати, помните, что Аларих сперва просил вид на жительство в Италии и чем эти просьбы в результате закончились? Римляне тоже небось ныли: нас-то за что, мы ж этим варварам сотни лет просвещение несли, а они... Но, к сожалению для них, личные глупость и безответсвенность не освобождают от необходимости отвечать за последствия своей политики.

P.S. Наблюдать за аналогичной истерией в Восточной Европе не столько приятно, сколько противно. Нет, не думайте, они расисты не потому, что у них предрассудки. Просто достойным мужам очень обидно, что добытому многоленими трудами положению любимых лакеев западноевропейских господ угрожает конкуренция со стороны мигрантов.

Про уничтожение еды

Впечатляющий отрывок из "Гроздьев гнева" не вспоминал по этому поводу только ленивый; но там же ещё и объяснено, зачем продукты именно уничтожались (болд мой):

Запахом тления тянет по всему штату, и в этом сладковатом запахе — горе земли. Люди, умеющие прививать деревья, умеющие селекционировать, выводить всхожие и крупные семена, не знают, что надо сделать, чтобы голодные могли есть взращенное ими. Люди, создавшие новые плоды, не могут создать строй, при котором эти плоды нашли бы потребителя.

И поражение нависает над штатом, как тяжкое горе.

То, над чем трудились корни виноградных лоз и деревьев, надо уничтожать, чтобы цены не падали, — и это грустнее и горше всего. Апельсины целыми вагонами ссыпают на землю. Люди едут за несколько миль, чтобы подобрать выброшенные фрукты, но это совершенно недопустимо! Кто же будет платить за апельсины по двадцать центов дюжина, если можно съездить за город и получить их даром? И апельсинные горы заливают керосином из шланга, а те, кто это делает, ненавидят самих себя за такое преступление, ненавидят людей, которые приезжают подбирать фрукты. Миллионы голодных нуждаются во фруктах, а золотистые горы поливают керосином.

И над страной встает запах гниения.

Жгите кофе в пароходных топках. Жгите кукурузу вместо дров — она горит жарко. Сбрасывайте картофель в реки и ставьте охрану вдоль берега, не то голодные все выловят. Режьте свиней и зарывайте туши в землю, и пусть земля пропитается гнилью.

Это преступление, которому нет имени. Это горе, которое не измерить никакими слезами. Это поражение, которое повергает в прах все наши успехи. Плодородная земля, прямые ряды деревьев, крепкие стволы и сочные фрукты. А дети, умирающие от пеллагры, должны умереть, потому что апельсины не приносят прибыли. И следователи должны выдавать справки: смерть в результате недоедания, потому что пища должна гнить, потому что ее гноят намеренно.

Люди приходят с сетями вылавливать картофель из реки, но охрана гонит их прочь; они приезжают в дребезжащих автомобилях за выброшенными апельсинами, но керосин уже сделал свое дело. И они стоят в оцепенении и смотрят на проплывающий мимо картофель, слышат визг свиней, которых режут и засыпают известью в канавах, смотрят на апельсинные горы, по которым съезжают вниз оползни зловонной жижи; и в глазах людей поражение; в глазах голодных зреет гнев. В душах людей наливаются и зреют гроздья гнева — тяжелые гроздья, и дозревать им теперь уже недолго.

Да, конечно, 5% россиян недоедают, почти 23 миллиона человек имеют доходы ниже прожиточного минимума в 9662 рублей в месяц. Но недоедающие всё-таки что-то на еду тратят, раз с голоду ещё не умерли. Если им еду даром раздать - это ж экий ущерб прибылям производителей и продавцов еды случится! Если каждый из 23 миллионов людей со сверхнизкими доходами тратит на еду, например, 100 долларов, в сумме за год выходит больше двадцати семи миллиардов - вполне солидная сумма. Буржуазные политики ни за что не пожелают портить такой рынок. Ну как описано в детской классике:

— Ты, братец, на Дрянинга не сердись, — сказал первый. — Он коротышка хороший. Истинный благодетель наш. Так и в газетах пишут. Если бы не он, сколько коротышек осталось бы без ночлега! В какой ты ещё гостинице найдёшь место за десять сантиков?.. Эх ты! Недаром тебя называют Строптивым!

— А тебя недаром зовут Покладистым, — ответил Строптивый. — Думаешь, Дрянинг эту ночлежку для нашего с тобой удовольствия построил? Как бы не так. Для собственной выгоды!

— Какая же выгода в десяти сантиках? Если бы он гнался за выгодой, то построил бы гостиницу, в которой можно фертинг за номер брать, а то и два. А он о бедных заботится, о тех, у кого нет фертингов. Так и в газете писали!

— Экий же ты тюфячок, братец! Мало ли что в газетах напишут! Для того чтоб хорошую гостиницу построить, надо много денег затратить. Да и на обстановку надо потратиться. В хорошей гостинице ты получишь за фертинг целую комнату, а здесь нас гляди сколько напихано: один над другим лежит! С каждого десять сантиков — это получится выгодней, чем по фертингу за целую комнату брать, — сказал Козлик.

— Говорят, этот Дрянинг накупил в каждом городе на окраинах участков земли по дешёвке и настроил вот таких гостиниц, вроде мусорных ящиков, сказал Строптивый. — Ну и что ж, доход верный! Бедняки-то везде есть!

И даже в качестве гуманитарной помощи Донбассу отправлять конфискованную еду они так просто не согласятся - гуманитарка идёт и так, но во-первых в значительной мере закупается за счёт казны, давая профит присосавшимся, во-вторых деньги тратятся на закупку российской еды, соответственно гарантируя профит её поставщикам.

Кстати, американское уничтожение еды - это не собственно Великая депрессия 1929-33, а воспоследовавший за ней рузвельтовский Новый курс, излюбенный эсдеками и поклонниками протекционизма. Теперь Путин по тем же примерно причинам - в попытке подкормить своих производителей - прошёл к ровной той же самой практике. Что убедительно показывает: буржуазный протекционизм, пусть даже и не лишённый прогрессивного содержания, есть штука не слишком приятная. А развивать производство, одновременно кормя голодных, капитализм просто не умеет.

К вопросу о цензуролюбивых "ватниках"

Новостные сайты печатают, а блоггеры обсуждают опрос российского населения по поводу интернета и цензуры в нём. Сайты в основном перепечатыват информацию друг у друга, блоггеры - с сайтов, и потом делают обобщения вселенского характера по поводу низостной природы русского народа и/или лживости кремлёвской социологии. В первоисточник, способный прояснить детали и возможное влияние формулировок вопросов на результат, благородные доны, разумеется, не заглядывают.

А он, разумеется, сильно меняет картину. Во-первых, проводился опрос по заказу американцев из Университета Пенсильвании с участием ВЦИОМа, стало быть, говорить о лжи проклятой путинской пропаганды не приходится. Ортодоксальные конспирологи тут могут предположить, что агенты ФСБ из ВЦИОМа специально обманули заокеанского противника, чтобы подчеркнуть сплочение народа пред его лицом, но это было бы уже чересчур.

Оригинальные результаты, насколько я могу судить, доступны только по-английски, стало быть, точные формулировки заданных вопросов недоступны. Это, в частности, может прояснить странную любовь россиян к копирайту - 59% оных признали, что государство должно подвергать цензуре "copyrighted material", рекорд в соответствующей категории (инострынные новостные сайты - 45%, этническая-расовая ненависть - 37%, политический радикализм - 25%, порнуха - 15%, информация, которая может угрожать политической стабильности - 5%). Но если копирайт по-русски звучал как "информация, защищённая законом об авторском праве, то граждане в порыве демонстративной законопослушности вполне могли не задумываясь ответить: да, цензурировать её! Конечно, вопрос "как вы относитесь к закрытию сайтов с бесплатными видео и музыкой" дал бы совсем другие результаты.

Следующий резонансный вопрос - отрицательное россиян к публикации в интернете негативной информации о чиновниках. ТАСС истрактовал это так: "73% считают неуместной публикацию в сети негативной информации о госслужащих". Однако же в оригинале "survey respondents were asked whether they personally felt positively or negatively about seventeen specific types of information being publicly available on the Internet". Я не очень понимаю, что именно имели в виду организаторы, но опрашиваемые запросто могли сделать акцент не на факте доступности информации, а на её содержании, -  и ответить, что информация об избиении детей или о вороватых чиновниках вызывает у них отрицательные чувства. Что вполне закономерно - им радоваться по этому поводу, что ли?

К тому же вопрос про чиновников идёт в длинном ряду пунктов, первые из которых относятся ко всевозможным мерзостям типа насилия или наркомании; если оригинал выглядел точно так же, многие граждане вполне могли автоматом проставить в конце списка "отрицательно". Там же "отрицательно" 70% поставили копирайтному видео, в том числе 59% - активных пользователей, при том что 43% последних добывают в интернете видео. Мне слабо верится, что пересечение этих категорий (как минимум 4%, но скорее всего больше) состоит исключительно из поклонников ютуба и легальных продавцов копирайтного видео. Скорее, "активные интернет-пользователи" лучше знакомы с формальной стороной дела и либо не афишируют свои пристрастия, либо изображают повышенную законопослушность.

Из поля для манипуляций и передёргиваний перейдём к более однозначно трактуемым пунктам об отношении к цензуре - и они меня в целом радуют. Надо понимать, что народ, по большей части вышедший из деревенской забитости менее ста лет назад и с тех пор переживший массу приключений, вообще имел мало шансов в достаточной мере осознать важность и полезность свободы слова. Никогда не достигалась полноценная обратная связь, дающая реальное улучшение жизни масс в ответ на свободно выраженную критику. Опыт перестройки и 90-х, когда свобода пришла заодно с нищетой и хаосом, а улучшение жизни пришло с путинским закручиванием гаек, соответсвенно не внушил массам любви к ней. Наконец, и просветительская работа о прелестях свободы слова никогда толком не велась.

При всё при том результаты (добытые по срезу всего общества, включая росших в совсем других реалиях стариков или, например, людей, для которых основным источником новостей является государственное телевидение - каковых, кстати, 60%) меня скорее обнадёжили - лишь 49% за цензуру интернета, при 11% против любой цензуры; оставшиеся ответили "смотря что цензурировать". 46% - за цензуру организаторов антиправительственных протестов (28% против, 26% пофиг), 43% - за цензуру призывающих сместить режим блоггеров (28% против, 28% пофиг) - при доминировании ненавистных большинству либералов в российской оппозиции и печальных результатах недавних антиправительственных протестов в других странах. Так что посыпать голову пеплом я бы не стал, с учётом изложенных выше малоприятных обстоятельств результаты более чем достойные, и понимание важности свобод у народа более-менее формируется.